oostfries

- Это ты, Песков, во всем виноват! – сказал Царь и обиженно надул губы.

Придворные молчали. Великий Государь, поздно проснувшийся, а потом два часа плававший в бассейне, узнал обо всех событиях, когда уже было трудно что-либо исправить. Роботские и русофобские силы вовсю хозяйничали в стране, жестоко подавляя попытку любого сопротивления.
Песков угрюмо сопел, потупив глаза – сознавал свою вину за то, что вовремя не поставил в известность Государя и не дал это сделать другим.

- Давайте побьем Пескова! – предложил главопричник Золотарев. – Надо выяснить, на кого он работает. Позовите контрразведку СМЕРШ!

- Не надо, - сказал Царь и грозно посмотрел на Пескова. – Ты во всем виноват! Пойдешь на фронт и искупишь свою вину кровью! В штрафбат пойдешь! И сам, и со всем своим семейством!

Песков тут же исчез, почти бегом направившись в сторону военкомата. Царь устало оперся кулаками на стол и снова обиженно надул губы.

- Я, Великий Государь, создал вам великое Государство. А вы, вы все его проебали!

В углу зашевелился Шойгу.

- Вели слово молвить, великий Государь! Есть у нас еще оружие, не имеющее аналогов в мире. Всенебесное заступничество Веры (МП)!

- Так что же вы медлите?! Вызывайте всенебесное заступничество немедленно! – вскричал Царь.

Транспортный самолет, уже два часа уныло жужжавший винтами в полете над уральской тайгой, ощутимо тряхнуло – мобильный Храм отделился и пошел вниз. Через несколько секунд раскроется мощный парашют. Патриарх осенил себя крестным знамением и приготовился к прыжку.

- Как же вы так здесь, батюшка? – сквозь гул моторов спросил второй пилот транспортника.

- Партия сказал надо, комсомол ответил есть! – сказал Патриарх, перекрестился еще раз и нырнул вниз.

Приземление прошло успешно. Мобильный Храм идеально встал на все четыре колеса, а рядом с ним приземлился и Патриарх. На дороге не было никого, вокруг лес, откуда доносилось пение птиц, солнце грело еще вполне по-летнему. Но расслабляться было нельзя – Патриарх знал, что враг уже на подходе.

Шаман-воин не заставил себя долго ждать. Он шел по дороге, катя перед собой тележку из супермаркета, наполненную всяким шаманским добром. Небритый, грязный, одетый в рыбацкий камуфляж, шаман походил скорее на бомжа, чем на человека, бросившего вызов Царю. Патриарх презрительно ухмыльнулся.

- Совсем рамсы попутал, оборванец, на Государя хлебало разинул! – басовитым голосом провозгласил он и громко запел молитву, взятую наугад из требника.

Шаман взмахнул рукой, и мобильный Храм со скрипом повалился набок, в придорожный кювет.

- Как?! – гневно вскрикнул Патриарх, - Чего тебе надо вообще?! Ты кто такой?! На Москву идти вздумал?! Все уже поделено! Там люди кормятся!

Шаман взмахнул рукой еще раз, и Патриарх вдруг исчез, только осталась лежать на дороге его белая митра. Шаман приподнял ее. Из-под митры выпрыгнула жаба, огляделась по сторонам и попрыгала куда-то в канаву. Шаман сошел с дороги и начал разгружать свою тележку, готовясь к началу ритуала изгнания.

Царю вдруг захотелось немедленно покинуть Москву. Это нежелание оставаться в столице пришло внезапно и по неясной причине. Царь садился на трон, и ему тут же хотелось встать. Он вставал, и ему хотелось лечь. Он ложился, и тут же его настигало неодолимое желание куда-то бежать.

- Всё! – почти закричал Государь, изумив приближенных, - Не могу больше! Едем! Немедленно едем!

- Куда? – спросил Шойгу.

- На стадион к мундиалю! Это секретные командные объекты! На случай войны! Думаете, Царь дурак, просто так всё построил? Как бы не так! Немедленно едем в Сочи!

Возражения о том, что в самой Москве целых два таких стадиона, и зачем куда-то ехать, не принимались. Через четверть часа царский кортеж уже несся с сиренами в сторону спецаэропорта, откуда спецсамолет должен был доставить Царя и его свиту в Сочи.